Поэтому Деннис смеялся, пуская едкий дым, покуда двое других смотрели на него с обидой, словно во время спектакля строгие критики внезапно поднялись с мест, пренебрежительно фыркая.

— Что тут забавного, старина? — осведомился Брюс.

— Мне это не нравится, — сказала Берил, широко открыв глаза. — По-моему, это звучит зловеще… Брюс!

— Ну?

— Я уже говорила тебе, хотя ты вряд ли обратил на это внимание, что Деннис знаком со старшим инспектором Мастерсом, который расследовал дело Бьюли. Тебе не кажется, что Деннис собирается расстроить наши планы?

— Старший инспектор Мастерс… — Повернувшись к зеркалу, Брюс взял в руки собаку, служившую ему талисманом, и положил ее снова. — Это не тот парень, который якшается с сэром Генри Мерривейлом?

— Он самый, — не без удовлетворения подтвердил Деннис. — Мастерс — друг сэра Генри. И я с гордостью сообщаю об этом факте.

— Почему, старина?

— Сэр Генри Мерривейл очень интересуется преступлениями, — ответил Деннис. — Это служит оправданием моему интересу к ним, когда меня обвиняют… э-э… в дурном вкусе. Я никогда не встречал сэра Генри, но мне описывали его как совершенный образец английского джентльмена.

— Да, несомненно… — начал Брюс и внезапно осекся. — Как тебе описывали сэра Генри Мерривейла?

— Как совершенный образец английского джентльмена, — повторил Деннис. — Что бы ты ни говорил, Брюс, чувствуешь облегчение, зная, что в Англии еще остался представитель старой школы, обладающий достоинством и хорошими манерами.

— Конечно, старина, — вежливо согласился Брюс. — Но Берил спрашивала тебя…

— Ты ведь не станешь вмешиваться, Деннис? — осведомилась Берил.